RUS
ENG

СТАНИСЛАВСКИЙ Константин Сергеевич

23 апреля 2016
Приглашаем Вас принять участие в XXVI Международной научной конференции «Шекспировские чтения 2016: 400 лет бессмертия поэта» (г. Москва, 26–29 сентября 2016 г.).
РГНФ
Московский гуманитарный университет
Система исправления ошибок
БД «Русский Шекспир»
Станиславский Константин Сергеевич
Станиславский Константин Сергеевич

Станиславский Константин Сергеевич (псевд. с 1885 г., наст. фамилия Алексеев) [5(17).01.1863, Москва — 7.08.1938, там же] — режиссер, актер, теоретик сценического искусства (создатель «системы Станиславского»), театральный педагог. Вместе с Вл. И. Немировичем-Данченко в 1898 г. создал Московский Художественный театр и руководил им до конца жизни. Народный артист СССР (1936, первым был удостоен этого высшего для деятелей театра почетного звания). Родился в семье промышленника, высоко ценившего искусство.

К творчеству Шекспира Станиславский обратился еще до создания Художественного театра, он поставил «Отелло» (1896, играл заглавную роль), «Много шуму из ничего» (1897, играл Бенедикта), «Двенадцатую ночь» (1897, играл Мальволио), «Венецианский купец» (1898).

Эти спектакли имели переменный успех, не выделяясь из других работ молодого режиссера.

С «Отелло» связано ощущение провала. К. С. Станиславский в письме к Л. Бенару от 20.07.1897 соглашался с высказанными этим французским театральным критиком замечаниями: «Нельзя не согласиться с Вами, что исполнение было очень и очень плохое, потому-то пьеса провалилась и едва выдержала четыре представления. <…> Согласен с Вами, что и я провалил роль Отелло…» (Станиславский К. С. Собр. соч. : В 8 т. М., 1960. Т. 7. С. 115). Далее содержится весьма важное высказывание режиссера. Возражая критику, считавшему, что актер нарушил традицию, он писал о Шекспире: «Я обожаю его и потому считаю своей обязанностью заступиться за него. Мое мнение таково: традиции Шекспира выражены им самим в монологе Гамлета с актерами. Эти традиции должны быть святы каждому актеру. Я преклоняюсь перед французами за их традицию, которая, к слову сказать, перешла теперь в простую, неинтересную рутину в области легкой комедии и драмы. Но традиция их в трагедии… что может быть ужаснее ее, что может быть общего между нею и словами Гамлета? <…> Самые большие враги Шекспира — Гервинусы и другие ученые критики. Они подходят к живому, художественному произведению с сухой, научной точки зрения и тем самым засушивают его и делают неинтересным. Не создайся целой громадной библиотеки о шекспировских героях и пьесах, все бы смотрели на них проще и отлично бы понимали их, так как Шекспир — это сама жизнь, он прост и потому всякому понятен. Если же придираться к каждому его слову и подыскивать различные мудрые значения, то Шекспир утратит свой блеск, страсть, красоту… и останется скучный философ и резонер, интересный только специалистам-ученым» (Там же. С. 112–114).

К. С. Станиславский в роли Отелло
К. С. Станиславский в роли Отелло

Вместе с тем нельзя не заметить, что в дальнейшем Станиславский довольно редко обращался к Шекспиру. В Художественном театре, ставя обычно спектакли вместе с Вл. И. Немировичем-Данченко, он впервые предоставил ему полную самостоятельность в 1903 г., когда театр взялся за «Юлия Цезаря». Еще более яркий факт — передача режиссерских функций при постановке в 1908 г. «Гамлета» английскому режиссеру Гордону Крэгу. Удачи в работе с шекспировским материалом связаны с работой Станиславского вне Художественного театра, в его студиях. Огромным успехом пользовалась «Двенадцатая ночь», поставленная в 1917 г. в 1-ой студии Художественного театра. В конце жизни, работая с актерами Оперно-драматической студии, он поставил «Гамлета». Напротив, огромная работа над «Отелло» в 1919–1930 гг. в Художественном театре (опубликованные режиссерские экземпляры занимают целый том) ничем не закончилась, спектакль был поставлен театром без учета разработок Станиславского, который лечился в Ницце и, не зная, что спектакль, поставленный И. Я. Судаковым, уже идет на сцене, продолжал посылать свои режиссерские экспликации. Тем не менее эти документы имеют огромную ценность: они реализуют идеи «системы Станиславского», и можно понять, как великий преобразователь театрального искусства конкретно представлял себе одну из знаменитых трагедий Шекспира на сцене.

Наброски К. С. Станиславского к постановке «Отелло» (1938)
Наброски К. С. Станиславского к постановке «Отелло» (1938)

Случайности, помешавшие Станиславскому добиться выдающихся результатов в шекспировском репертуаре (в 1897 г. он жалуется на неожиданные замены актеров, играющих главные роли, в 1930 г. он болен и т. д.), скрывают за собой нечто в известной мере закономерное: «система Станиславского» замечательно координировалась с драматургией Чехова, Горького, представителей европейской новой драмы (от Ибсена до Метерлинка), но работа с материалом более отдаленных эпох требовала особых усилий (что было осуществлено Станиславским перед смертью в экспериментальной постановке «Тартюфа» Мольера). Старый театр значительно отличался от нового: в нем не было не только поворотного круга, появившегося только во времена Станиславского, но и даже сносного освещения, декорации не играли такой роли, как позже, костюмы были нередко подарками богатых зрителей, которые, бывало, сидели в креслах на сцене, не позволяя развернуться действию, все внимание драматургов направлялось на слова, выразительно произносившиеся актерами, в них был основной источник театрального впечатления, катарсиса. Чехов особенно ярко (даже в сопоставлении с европейскими представителями новой драмы) показал, что не менее сильным средством может стать молчание, пауза, простая человеческая речь, не зарифмованная, не украшенная метафорами и т. д. Так на рубеже веков возникает (обычно не осознаваемое ни театральными деятелями, ни актерами) противостояние «шекспировской» и «чеховской» линий, которое пройдет через весь ХХ век (чем и объясняется особая выделенность в мировой драматическом репертуаре фигур Шекспира и Чехова). Станиславский, восхищавшийся Шекспиром, основной свой вклад в театральное искусство связал с «чеховской линией».


Соч.: Собр. соч. : В 8 т. М., 1954–1961; Режиссерские экземпляры К. С. Станиславского, 1898–1930 : В 6 т. М., 1994. Т. 6 : 1930: Трагедия В. Шекспира «Отелло», режиссерск. коммент. к ней.

Лит.: Топорков В. О. Станиславский на репетиции. М., 1950.

Вл. А. Луков

Фото: Wikimedia


Назад